ЗАКОН ОБ ИСКУССТВЕННОМ ИНТЕЛЛЕКТЕ – ЗАКОН

ЗАКОН ОБ ИСКУССТВЕННОМ ИНТЕЛЛЕКТЕ – ЗАКОН?

Print Friendly, PDF & Email

В.Королёв. Кандидат философских наук, адвокат.

 

Президентом Российской Федерации Путиным В.В. 24.04.2020 подписан Федеральный закон за № 123-ФЗ, который был принят Государственной Думой 14 апреля 2020 года и одобрен Советом Федерации 17 апреля 2020 года. И указанный закон вступает в силу с 01.07.2020 года.

Сразу хотелось бы обратить внимание на очень краткие сроки, в которые были пройдены все процедуры, предусмотренные при принятии федерального закона. Но это совершенно не говорит о том, что закон об искусственном интеллекте принят скоропалительно, т.е. без длительных подготовительных мероприятий, известных и малоизвестных предваряющих политических событий и фактов.

Хотя закон № 123-ФЗ (далее буду называть его – закон «Об искусственном интеллекте»)  уже принят, тем не менее, очень важно и просто необходимо его постоянно атаковать посредством беспощадной критики, подвергая всестороннему и глубокому анализу. Несмотря на свой небольшой объем, он по своей природе может быть в истории расценен как правовой водораздел, после которого право плавно (или ускоренно, время покажет) будет превращаться в кистень, обрастая другими законопроектами и процессуальными путами, которые позволят на законных основаниях перемалывать человеческие судьбы и жизни. И развитию этому процессу необходимо поставить надежный и эффективный заслон!

А то, что нынешняя власть коллаборационистов, ставшая всего лишь элементом (кирпичиком) в грандиозном здании  международного элитаризма (мировой финансово-олигархической структуры), не остановится, уже нашло своё подтверждение в свершившемся акте подписания президентом РФ Федерального закона за № 168 от 08.06.2020 г. «О едином федеральном информационном регистре, содержащем сведения о населении РФ». Что примечательно, он хотя и вступает в законную силу со дня его опубликования, но будет вводиться поэтапно, вплоть до 1 января 2026 года. Но п. 8 ст. 14 этого закона (далее кратко буду его называть законом о едином информационном регистре) можно расценивать в качестве венца всего преступного замысла власти, вишенку или изюминку на многослойном правовом торте. Из этой изюминки следует, что занесение всех в единый реестр будет обязательным с 01 января 2023 года, а сам реестр станет единственным источником информации о нас всех. И, наконец, как всегда этот закон президентом реально не подписан, и он удостоверен только канцелярской печатью. Уже по этому реквизиту (канцелярскому штампу) и в силу отсутствия подписи президента закон является нелегитимным.

Теперь вернемся к закону об искусственном интеллекте. У любого правозащитника только одно название закона может вызвать недоумение или даже шок. Приведу его полное название: Федеральный Закон "О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации — городе федерального значения Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона «О персональных данных».

Как известно, законодательная (юридическая) техника избегает в правовых текстах применение логики и понятий, которые позволяли бы двойственное толкование правовых норм. Другими словами законодательная техника зиждется на принципе точности, определенности и ясности содержания и формы устанавливаемых и регулируемых правоотношений.

Но законодательная техника знает ещё и такой принцип, как адекватность правового воздействия на сущность уже существующей проблемной ситуации, но никак текст закона не должен быть условием для создания самой проблемной ситуации в результате правового воздействия на действительность. А поэтому есть и ещё один принцип законодательной техники, как минимизация побочных эффектов в процессе правового регулирования общественных отношений. Все эти принципы перечёркиваются таким ключевым словом в названии закона, как «эксперимент». Сразу возникает вопрос, кого или что закон подразумевает в качестве  объекта, в отношении которого будет проводиться эксперимент?

Во 2-ой статье закона в пункте 7 перечислены участники экспериментального правового режима, к которым отнесены юридические лица, индивидуальные предприниматели Москвы и Московской области. Полагаю, что речь идет, прежде всего, о регистрации чиновников оптом, которые, по моему мнению, заслужили такое особое внимание со стороны коллаборационистской власти за все свои предшествующие деяния при изображении якобы добросовестного, а по сути раболепного и бездумного исполнения своих служебных обязанностей.

Речь идет также и о мелких бизнесменах, которых достаточно много, и видимо в силу их многочисленности и наличия у них какой-никакой финансовой подушки безопасности,  их и внесли в перечень субъектов, подлежащих контролю и учёту. Как в этом месте не вспомнить определение социализма, которое дал В.И.Ленин, что социализм – это учёт и контроль. Правда вместо организации соревнования, как одного из способов учёта и контроля над мерой труда и потребления, скорее всего, будет грубое вмешательство в предпринимательскую деятельность. Но это уже другой вопрос, хотя и вопрос не далёкого, а ближайшего будущего, если оно для многих всё же наступит.

У меня не стояла задача анализировать, как будут включать, и выключать (выводить) участников эксперимента в так называемый реестр участников экспериментального правового режима. Надо бы понять представителям мелкого и среднего бизнеса, почему их включили в качестве подопытных в чудовищном эксперименте. Да только потому, что те, кто осуществляет предпринимательскую деятельность в мелком и среднем бизнесе, вынуждены быть более мобильными, поворотливым, и даже изворотливыми, поскольку они в большей степени являются созидателями прибавочной стоимости в сравнении с крупным бизнесом и олигархами. Созидательность в деле накопления прибавочной стоимости,  как и деятельность юристов разного ранга по её регулированию, пусть и очень дальняя, но всё же родня творчеству. А творчество напрямую связано со свободой, поэтому даже намёк на всякое творчество является опасным для функционирования этого закона.

Теперь самое время перейти к анализу определения искусственного интеллекта, которое дано в п. 2 ст. 2 Федерального Закона № 123-ФЗ. Именно перейду к анализу определения, а не понятия, поскольку понятие «искусственный интеллект» в определении отсутствует. Впрочем, как и не дано даже чёткого и ясного определения тому, что в законе называется «искусственным интеллектом».

Итак, «искусственный интеллект — комплекс технологических решений (заметьте, решений), позволяющий имитировать когнитивные (т.е. творческие) функции человека (включая самообучение и поиск решений без заранее заданного алгоритма) и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые, как минимум, с результатами интеллектуальной деятельности человека». Далее идет расшифровка того, что подразумевается под комплексом технологических решений. Этот комплекс «включает в себя информационно-коммуникационную инфраструктуру (в том числе информационные системы, информационно-телекоммуникационные сети, иные технические средства обработки информации), программное обеспечение (в том числе в котором используются методы машинного обучения), процессы и сервисы по обработке данных и поиску решений». Больше всего мне не понятно, как возможно принимать решение «без заранее заданных алгоритмов». И потом, с каких это пор решение стала принимать машина? Интересно, писавшие эти строки люди имеют хоть какое-то представление, что означает слово алгоритм и какое значение он имеет при создании микросхем для контрольно измерительных функций технологических комплексов (совокупных роботов)? Уверен, что не найдётся ни одного грамотного программиста, который будет утверждать, что при составлении любой программы можно обойтись без алгоритмов.

К слову искусственный в словосочетании «искусственный интеллект» ещё вернусь. Но мне стало любопытно, что же авторы определения вкладывают в термин «интеллект»? Совершенно очевидно, что совсем не то, что действительно может характеризовать термин «интеллект».  Интеллект – это категория философско-психологическая, и меньше всего её можно рассматривать и переносить в область политики и права.

Для начала попробуем разложить слово интеллект, так его легче будет защищать от попыток монопольно использовать и манипулировать им в политике и в праве.

«Тел» в греческом языке означает то, что называется волей. Волеть в русском языке означает желать. Мне сейчас не интересно, как технически устроены и как выглядят компьютерное зрение, «органы» распознавания естественного языка, распознавания и синтеза речи, которые упоминаются в п. 3 ст. 2 Федерального закона № 123-ФЗ. У меня даже не вызывает интерес — когда, где и какая воля (желание) возникает внутри того, что составляет «комплекс технических элементов в технологических комплексах искусственного интеллекта». Но должно быть совершенно очевидным, что воля (желание)  возникает за пределами комплекса технических элементов так называемого искусственного интеллекта, и будет оставаться за этими пределами всегда! Но у меня возникает тревожное чувство по поводу психического здоровья у тех, кто предполагает наличие воли у роботов.

Греческое слово «тел», которое является, по всей видимости, корнем слово интеллект, лежит в основе всех остальных производных от него слов: интеллигенция, интеллектуальный и т.п. Но слово интеллект в словарях иностранных слов трактуется как ум, рассудок, разум, мысль, способности человека.

В философии рассудок и разум – это далеко не тождественные понятия, хотя и находятся в определенном иерархическом положении по отношению друг к другу. Чтобы понять, как соотносятся между собой рассудок и разум, лучше всего проштудировать все три тома Гегеля «Наука логики». Можно проштудировать такой фундаментальный труд Гегеля как «Феноменология духа». Но он больше пригоден для тех, у кого бессонница и есть желание быстро заснуть. И, наконец, более простой вариант – это проштудировать малую логику Гегеля, изложенную только в первом томе двухтомного сборника его трудов под названием «Энциклопедия философских наук». Все три варианта при достаточно усердии могут повлиять на формирование почти верного представления о том, что необходимо знать о разуме, рассудке, интеллекте, интеллигенции, воле, человеке, его психике и т.п.

А чтобы важнейшие для человека понятия сделать рабочими, актуальными, и не почти, а действительно верными, достаточно перечисленные работы Гегеля еще раз проштудировать, но уже через призму работ К.Маркса. Не буду перечислять, каких именно работ, но внимательное прочтение Капитала К. Маркса, особенно первого тома, не миновать. Если не хватит терпения и воли «перелопачивать» всё труды столпов философской науки,  то можно, наконец, просто заглянуть в очень доходчивый и не менее полезный труд Ф.Энгельс «Диалектика природы», прочитав такой фрагмент этой работы как «Классификация суждений» (ПСС т. 20 стр. 537-539).

Да, к чему это всё изложил? А к тому, чтобы показать, что авторы закона об интеллектуальной собственности, как в известном анекдоте, не читатели, а писатели, и далеко не самые умные, а хитрые. Хитрость же всегда была признаком дурости, растянутой во времени, поскольку она есть попытка обмануть себя и других в будущем. Коль уж взялись рассуждать об интеллекте, то хотя бы соразмерили свои выводы с таким русским словом, как ум (раз/ум). Ум – это уметь, либо подразумевается, что есть что-то в моих способностях, т.е. у меня (опять же ум). Когда говорим о человеческих способностях, то эти способности у меня, и, наконец, ум в этимологических словарях иногда соотносится с понятием делать. Но ведь мышление и есть форма деятельности. Совершенно очевидно, что никак нельзя признавать ум и способность осуществлять мыслительную деятельность машиной, нашпигованной микросхемами, пусть даже и очень сложно устроенными.

Мышление, в спинозовско-ильенковской интерпретации, и есть способность мыслящего тела строить свои движения по форме и логике любого культурного тела, любого тела, ставшего препятствием в движении. Таким образом, человек не то что каждый день, он ежечасно по нескольку раз в день сталкивается с противоречием между покоем и движением. Всё находится в непрерывном движении, но при этом постоянно возникают устойчивые связи в различных формах материальных тел, которые невозможны без закономерностей в их бытии. Как можно отрешать от этого вездесущего и значимого для ориентации в пространстве и времени противоречия между движением и  покоем мыслящего человека, мне абсолютно не понятно, если при этом ещё иметь в виду, что для любой машины, робота, которые нашпигованы микросхемами, противоречие является смертельным приговором.

А какие способности можно считать человеческими? Во-первых, способность изготовлять одно орудие труда при помощи другого. Каменный топор при помощи другого обработанного камня, а также при помощи такого первого и самого совершенного орудия труда как человеческая рука. Преобразование природы началось с соединения палки, нарезанных из шкуры животных верёвок и камня. Сегодня это же самое творчество доросло до умения сочленять гораздо большее количество разнообразных обработанных природных веществ, предметов, превращая их в сложные орудия труда. Да, все сложные конструкции, в том числе и микросхемы в этих конструкциях и есть современный усовершенствованный «топор». Вопрос только в том, в чьих руках сегодня оказался этот усовершенствованный топор и для каких целей.

Во-вторых, какую исключительно человеческую способность у человека сформировала трудовая деятельность? Способность воспринимать мир в его объективных противоречивых формах и способность разрешать эти противоречия. А это и есть человеческий интеллект (разум), который никак не может быть присущ железкам, полимерам и т.п., пусть даже и очень сложно сочлененных между собой. О невозможности создания искусственного интеллекта можно почитать в статье, которая размещена на моём сайте, «Колея права» под названием «Мышление, информационные системы, искусственный интеллект». https://koleyaprava.ru/myshlenie-informacionnye-sistemy-isk/, а также ознакомиться с фрагментом из монографии Г.В. Лобастова «Философские эссе», под заголовком «Искусственный интеллект: есть проблемы?». Этот фрагмент с согласия автора представлен самостоятельным текстом в качестве приложения к данной статье.

Мне вообще не понятно такое словосочетание, как «искусственный интеллект», будто существует наряду с ним еще и «естественный интеллект». Если уж под интеллектом понимать способность определять и разрешать объективные противоречия, то надо бы знать, что человек определяет противоречия, «которые с необходимостью возникают из самого что ни на есть «правильного» движения мысли по логике предмета».[1] Но поскольку сам человек за всю историю своего существования ничего не изобрел, а всё подглядел в буквальном смысле этого слова у природы, а это подглядывание Гегель обозначил как «хитрость мирового разума», то получается, что интеллект не может быть ни искусственным, ни естественным.

Интеллект человека, под которым понимается его способность разрешать любые противоречия (полагаю, что рано или поздно он научиться разрешать противоречия, доведенные до «антиномической остроты», что, к примеру, блестяще продемонстрировал К.Маркс, анализируя такое понятие как товар), развивался в человеке в процессе его культурно-исторического развития и благодаря исключительно труду. В этом смысле такую способность можно расценивать, как искусственно приобретенную. Совершенный же интеллект – это и есть вся Природа, поскольку у неё есть такой атрибут, как мышление, которое не знает предела совершенства.  Правда, земная форма организации разумной жизни далеко не самая совершенная.

Если измерять вузовской шкалой оценок интеллект земного человека, то в зачётке с трудом можно авансом сделать такую отметку, как «удовлетворительно». Поэтому человечество постоянно вынуждено пересдавать экзамены по освоению разумных форм мышления и постоянно получать сомнительные удовлетворительные оценки. Исключением являются такие личности, как Сократ, Платон, Аристотель, Спиноза Гегель, Энгельс, Маркс, Ленин и Ильенков, которым даже в голову не пришла бы мысль отождествить живое человеческое мышление с чисто операционными функциями машин (роботов), пусть даже чисто внешне напоминающих живое человеческое мышление. Хотя перечень таких отличных от остальных людей личностей в своём понимании живого человеческого мышления, перечисленными именами не исчерпывается, но он всё же, к сожалению, не так уж и велик, поэтому их откровения так легко заглушаются многочисленными мнениями необразованной массы обывателей.

Вернёмся ещё раз к пресловутому словосочетанию «искусственный интеллект». Как уже сказано, чёткого и вразумительного определения «искусственному интеллекту» в законе не дается. Но совершенно не трудно догадаться, что под ним его сочинители понимают совокупность микросхем, созданных для учёта и контроля всех, везде и всегда, то даже самый малограмотный обыватель сегодня понимает, что осуществить тотальный  контроль можно только при наличии обратной связи каждого индивида с системой внешних электронных приборов. А это означает только одно, непротиворечиво, т.е. формально функционирующим электронным схемам, должны соответствовать непротиворечивые микросхемы, внедрённые в живое тело каждого индивида.

Да, ничего лишнего и ничего как бы личного. А что может быть личного, если личность (развитая, неразвитая, это уже вопрос другой) растворяется до прозрачного состояния в момент жесткого привязывания её к электронному лабиринту с указателями, игнорировать которые будет возможно только под страхом потери здоровья, а то и жизни.

У человечества сегодня есть два пути разрешения накопившихся проблем (противоречий). Первый – это технократический путь, связанный с так называемым искусственным интеллектом, которым и характеризуется шестой технологический уклад. Именно этот путь навязывают человечеству те, кто возомнил себя властителями всех и каждого. Второй – это развитие интеллекта (разума) у самого человека по его собственному основанию. Здесь важно будет в основу положить развитие нравственных, эстетических качеств человека, развитие его творчества, а значит и свободы, в том числе и свободы его совести. Не религиозной, когда человек поступает как ему предписано исключительно из-за страха, что его поступки контролируются сторонними силами в виде бога, а когда он поступает, сообразуясь с его собственной внутренней совестью, когда он сам способен контролировать свои поступки и давать им оценку, зная, что такое зло и что такое добро.

Апологеты пресловутого «искусственного интеллекта» могут возразить, что контроль всех, везде и всегда устранит навсегда любые попытки совершить противоправные и безнравственные поступки, позволит легко найти потерявшегося человека, вовремя подсказать, что и как ему делать в непонятной ситуации и т.д. Ну, чем не благо, чем не способ обустроить общество, состоящее из беззаботных индивидов. И как замечательно, что отныне каждому не надо носить множество бумажек в подтверждение его индивидуальности, запоминать даты, номера, достаточно одного клейма (чипа) с идентификационным номером.

Так вот, принятие закона в РФ за № 123-ФЗ от 24.04.2020 г. мог бы порадовать таких его уже почивших адептов, как: Мальтус, Хаусхофер, Ратцель, доктор Менгель и т.п., так и ныне здравствующих фашиствующих евгеников. Почившие античеловеки радовались бы принятию закона № 123, если бы это было возможно, крутясь в гробу как пропеллеры, а ныне живущие, не сомневаюсь, что они уже стоя аплодируют этому закону. По своей сути этот закон преступен хотя бы уже потому, что на Нюрнбергском процессе (20.11.1945 – 01.10.1946 гг.) Международный военный трибунал в числе прочих преступлений нацизма признал практику присвоения людям номеров и клеймение этими номерами людей преступлением против человечности. И, что важно, это преступление признано не имеющим срока давности. (Сб. материалов Нюрнбергского процесса. М., 1954 г., т. ΙΙ с. 91, 865, 872, 873).

Кто, когда внушил исполнителям и защитникам этого и последующих за ним соответствующих законов, что их самих, их детей и внуков минует то ужасное, что уже марширует по нашей общей для всех РОДИНЕ, по прекрасной планете Земля, а не  всего лишь гипотетически грядёт? Как и в прежние времена, это ужасное под названием война вновь реально «лязгает» и «бряцает» чудовищным и иезуитским электронным и информационным оружием вокруг нас, а мы всё еще выбираем, по какую сторону баррикады нужно встать.

Одно стало успокаивать, что люди начали пусть и очень медленно, но всё же прозревать. Всё больше людей начинает понимать, что шестой технологический уклад, с которым и связывают пресловутый искусственный интеллект, оказался в руках преступников международного масштаба, в сговоре с которыми далеко небескорыстно оказались нами же бездумно выращенные доморощенные коллаборационисты. И сегодня они это уже и не скрывают.

Сегодня как никогда требуется ясное понимание, что эффективно противостоять этой сюрреалистической военной гонке и экспансии торгашеских отношений на остатки всего человеческого можно только единственным способом – осуществлять сознательный процесс формирования универсальных мыслительных способностей человека самим же человеком. Только реальное участие в этом процессе будет способствовать зарождению и становлению понимания необходимости движения к собственному разуму, к собственной родовой сущности.

Общие контуры способов достижения задач, связанных с формированием универсальных мыслительных способностей, в крайне сжатом виде были представлены на сайте www.koleyaprava.ru в таких разделах, как «Образовательные проекты», «Ильенковские чтения» и «философия», а также в стихотворении «О решебниках»      https://koleyaprava.ru/o-reshebnikax-stix/

_____________________________

[1] Э.В. Ильенков «О роли противоречия в познании». Раздел ΙΙ « Неопубликованные работы Э.В. Ильенкова» в книге «Э.В. Ильенков: личность и творчество». Издательство «Языки русской культуры». – М., 1999 г. с. 250.

Приложение к статье.

Лобастов Г.В. доктор философских наук, профессор, председатель Совета философского общества «Диалектика и культура».

Фрагмент из монографии Лобастова Г.В. «Философские эссе», Раздел 4. Наука. 4.1. «Искусственный интеллект: есть проблема?»

Усть-Каменогорск, 2018 г. (стр. 100-103)  Искусственный интеллект: есть проблема?

Поскольку не все читатели в достаточной мере владеют темой, связанной со словосочетанием «искусственный интеллект», то предлагаемый об этом фрагмент из монографии Лобастова Г.В. желательно читать внимательно, так как в нём есть некоторое ироническое отношение к этой проблеме, которое может быть незамечено и, следовательно, неверно истолковано то или иное суждение.

4.1. Искусственный интеллект: есть проблема?

Давно замечено, что чем поверхностнее сознание, тем чаще оно «тычет» пальцем в «факты». Потому естественно, что в науке появилась проблема самого факта, «мотавшая» потом сознание ученых много десятилетий. Чем, например, не факт – «машина» играет в шахматы, сочиняет стихи, переводит, знает грамматику языка, делает всевозможные математические вычисления… Человеческий интеллект в редких случаях сможет такое. И – вывод, достойный высших образцов философской мудрости: машина мыслит! Машина, искусственное образование, созданная руками человека, мыслит. Искусственный интеллект! Тоже факт – теперь уже в обобщенной форме…

Если за термином «искусственный интеллект» оставить содержание выполнения формальных операций и тем самым сузить его объем до «мыслящих» машин – компьютеров, то отпадет всякая необходимость философского обсуждения этого факта. Разработчики компьютерной техники и компьютерных программ очень хорошо понимают, с чем имеют дело и чего добиваются. В их задачу в соответствии с законами развития техники входит минимизировать субстратную основу и максимально расширить состав функций, базирующихся на формальной форме движения абстрактной мысли.

«Мыслящая» машина, кажется, действует только с системой знаков. Человек действует со знаками только вторичным образом – первоначально он действует в мире вещей и преобразует их соответственно своим потребностям. Машина же создана человеком и работает эта машина в им же созданном мире знаков!

Вот если бы машина могла действовать в естественном мире вещей, могла бы не только обыгрывать великих шахматистов, но и строить здания, создавать технику (те же самые машины) и т.д.! Вот тогда бы машина сравнялась с человеком, с мышлением естественным, вошла бы в тот первичный мир, никем не созданный, но поддающийся преобразованиям…

Но… разве машина это не делает? Даже до возникновения машин в человеческой истории первые орудия труда, т.е. артефакты, человеческие создания, преобразовывали мир, меняли образ действительности – и не только действительности объекта, но и самого человека.

Меняли – иносказательное выражение? Ведь топор, лопата,  экскаватор и т.п. сами по себе ничего не делают. Ничто искусственное само по себе не может в полной мере (момент субъектности человек необходимо воплощает в создаваемом им мире культуры) взять на себя функцию субъектности, но создано именно для того, чтобы что-то делать. Весь мир созданных человеком вещей имеет свое назначение и свою функцию, осуществление которых имеет место только в деятельности человека, ставящего и реализующего свои цели.

Но если весь мир этих вещей не самостоятелен в своем бытии, какую бы определенную функцию эти вещи в своей обособленности ни выполняли, ясно, что они не свободны, а потому и не могут быть мыслящими, ибо мышление – это функция свободы. Иначе: если не открывается свобода, т.е. не возникает ситуация неопределенности в условиях бытия, движение неосуществимо вне предварительной ориентации в этих условиях, вне определения их значения для смысла действия. И, следовательно, оно может быть положено только самим субъектом на основе познания этих условий.

И исторически мышление возникает только в условиях одновременно возникающей свободы, и для него эту возможность и в самом деле предоставляет создаваемая человеком система языка, внутри которой он действует со смыслами (с сутью) вещей, не затрагивая их реального бытия. Он мыслит миром и по логике этого мира, но осуществляет это идеально – лишь с образами этой действительности. Но посредством языка, который, будучи созданным человеком, обеспечивает свободное движение в мире вещей.

Свободно ли движение машины? Понятно, что «мыслящая машина» (компьютер) определена к действию программой и способным через нее работать оператором. А мышление есть свободное определение субъектом себя в мире действительности. И совсем не важно, в мире каких объектов осуществляется движение: в знаках, символах, в объективных вещах природы, в звуках, красках, графике… Если оно есть принужденное, т.е. выполняется по некоторым заданным правилам и алгоритмам, причинено извне  и не способно к их видоизменению, то кто скажет, что оно есть мыслящее? Мышление всегда и везде связано – как со своей собственной основой – с субъектом, т.е. со способностью активного определения своего действия; оно, мышление, и есть одно – и важнейшее! – из условий этого самоопределения движения. А нет интенции к такому самодвижению, нет и мышления. Ибо появляется оно только из необходимости бытия субъекта – в тех условиях, в которых оно, бытие, без предварительного свободного, в логике возможного, преобразования объекта в идеальном пространстве выявленных смыслов, удерживаемых языком, — оказывается неосуществимым.

Ни компьютеру, ни экскаватору и т.д. нет необходимости в движении. Они приводятся к этому, повторю, внешней причиной и «делают» только то, что положено им активной деятельностью человека.

Способности вещей, созданных человеком, разумеется, различны, ибо с самого начала приспособлены к различным задачам человека. Но почему надо думать, что компьютер мыслит, а каменный топор неандертальца нет? Ведь у каменного топора тоже есть «программа». Может, по тому же принципу, по которому мы дворнику и слесарю в отношении мышления предпочитаем математика и политика?

Человек, «заточенный» как слесарь или как математик, тоже – как каменный топор и как компьютер – положен (кем? самим человеком?) к осуществлению определенных действий совершенно внешними причинами. Именно в этом осуществлении он как раз и не свободен – не свободен ни по мотивам, ни по способам действия. А свободным, т.е. человеком, он ощущает себя как раз за пределами этой деятельности, как точно эту ситуацию отчуждения человека от труда и потому от самого себя фиксировал К.Маркс.

Этот вопрос, однако, нас здесь не касается. Мыслит человек в этой расщелине, между положенными ему сферой общественного бытия функциями, или нет, не важно, важно то, что мера этого мышления и мера его реальной свободы здесь совпадают. У машины же и этого нет. Паровоз за рамками общественно-культурного бытия – куча металлолома. Лишь внутри этого бытия любая вещь приобретает смысл и иногда даже – смысл мыслящей вещи!

Наделение вещи таким свойством, мышлением, имеет простую логику: машина как способная двигаться в логике знаков имеет со мной как мыслящим существом гораздо больше общего, чем камень, не обнаруживающий в себе такой способности. Но эта логика весьма внутри себя непоследовательна, ибо не глубока: осуществляется абстракция способности без анализа природы ее, этой способности, возникновения; абстракция способности, формально тождественной нашему представлению о мышлении. Тьюринг обнаружил «великую гениальность», сформулировав критерий мышления машины. Воистину как мыслим, так и мышление понимаем! Если, общаясь, я не могу определить, что общаюсь с машиной, значит эта машина мыслит! Люди общаются с камнями, пнями, иконами и со всякими прочими «бестелесными» существами – чертями, дьяволами, ангелами, богами и т.п. С кем они в таких и подобных случаях имеют дело? Как они «их» понимают? Как камни, иконы и т.д.? Не тут рассказывать, но во всех этих случаях в качестве своих собеседников они, не сомневаясь, представляют некое мыслящее существо. В каком образе они это мыслящее существо представляют, вопрос второй. А первый заключается в том, что лежит за всеми этими представлениями?

Вот здесь и необходима философия. Понять этот акт общения с предметным миром во всех его образах от куклы до «мыслящей» машины как акт самосознания ученый, не прошедший историческую школу серьезной философии, разумеется, не может. Он с детской наивностью, наверняка зная, что общается  с машиной, пытается понять, а мыслит ли его собеседник? Вопрос, почему «оживают» куклы в детских играх, конечно, перед ним никогда не вставал…

Потому и в машине он видит только то, что находит в себе: измеряет ее способности масштабом своего собственного мышления. А ведь чтобы приписать вещи атрибут мышления, надо по меньшей мере знать, что это такое. Именно поэтому как знает, так и думает…
Ваша оценка
[Всего голосов: 12 Среднее: 5]

Автор записи: Владимир